Самолёт в огороде Акулины

Мальчики и девочки войны, они особенные. Намного взрослее сверстников, живших под мирным небом. Намного добрее. У каждого – своя память о войне.
Эдику Петухову, проживающему ныне в Бочейково, в грозном сорок первом исполнилось всего четыре года. Вместе с родителями проживал в деревне Шатрище, которой уже нет на карте района. А рядом, в Жестянке, – бабушка. В многодетной семье (у Петуховых было 9 детей) чадам рано представляется самостоятельность. Маленький Эдик любил бегать из одной деревни в другую. От любопытствующего детского взора не ускользало ни одно интересное событие. Хорошо помнит, например, комбрига Фёдора Фомича Дубровского. Стройный высокий мужчина в сапогах, брюках с лампасами иногда бывал в Шатрище. В деревне жил отец одного из его ближайших соратников Александра Кирилловича Непляховича, которого многие чашничане помнят как директора второй школы. Познакомиться с Дубровским у мальчика не получилось. А вот оказать услугу красноармейцам-освободителям, несмотря на юный возраст, удалось. Было это так. В июньский день 1944-го мальчик пришёл в Жестянку к бабушке. В деревне уже находилась группа красноармейцев с командиром. Эдик, порадовавшись, что война в родных местах закончилась, по привычке отправился в поле собирать скопившиеся там за время оккупации гильзы от снарядов. Едва он подошёл к знакомому месту, как навстречу из зарослей вышел мужчина. “Мальчик, – обратился он к Эдику, – а что в деревне – красные?” “Да”, – ответил юный сельчанин. “Ведь ты скоро пойдёшь домой, – продолжил случайный встречный, – как только они уйдут, дай мне знать…”. Разговор очень взволновал Эдика, стало совсем не до гильз. Он побежал в село. Отыскал командира и с ходу выпалил: “Там, в кустах, прячется какой-то дядька!” Очевидно, военные уже подозревали, кто мог от них скрываться. Не мешкая, отправились к указанному месту. Вскоре группа вернулась в деревню с незнакомцем, укрывавшимся в кустах. После проведённого допроса пленник был расстрелян. Говорили, он много успел натворить за время оккупации…
А ещё в памяти старожила, на долю которого выпало военное детство, – русский самолёт, подбитый немцами и упавший в Жестянке. По словам очевидца, он появился со стороны Лепеля.
Узнав про публикацию на эту тему в нашей газете, Эдуард Трофимович рассказал о своей причастности к данному событию. Правда, представленные сведения относятся уже к послевоенной поре. Отец мальчика – Трофим Васильевич Петухов, который активно участвовал в партизанском движении, а после освобождения был мобилизован в Красную Армию, вернулся с фронта. Подросший сын гордился папой-героем. Грудь фронтовика украшали орден Славы, медаль “За взятие Кенигсберга”. Однако героическое прошлое в разорённой войной Белоруссии никому не давало право на лёгкую жизнь. Трудились от зари до зари, а семьи едва могли обеспечить необходимым. И тут заготовительная кооперация начала очень дорого, по меркам послевоенной деревни, принимать алюминий. Тогда-то сельчане и вспомнили про упавший в конце Жестянки на огороде Акулины Вятохо самолёт. Вместе с отцом на раскопки ходил и Эдик. Конечно, никаких документов там уже не было. Извлекали вросшие в землю куски металла. Очевидец вспоминает, что однажды попались обрывки ремня лётчика, встречались и фрагменты костной ткани. По мнению собеседника, отыскать что-то теперь, найдись желающие заняться поисками, вряд ли удастся. Всё возможное уже извлекли.

Ирина ТОРБИНА.