Не вернулся с боевого задания

Сколько писем с таким сообщением после освобождения Беларуси пришло на Чашниччину? Пожалуй, уже не сосчитать. Одно из них получила семья Агарков, проживавшая в деревне Зялезьки. Но даже те, кому вручали похоронку, надежды не теряли. Вдруг ошибка, чего на войне не бывает! Старый вояка, глава семейства, получивший ранение на Первой мировой, старался успокоить близких: вернётся ещё старший сынок. …Так уж вышло, что по паспорту фамилии у отца и сына оказались разными. По документам Володя был Огаровым. Родители — Анна Ивановна и Дмитрий Семёнович — не могли нарадоваться на своего первенца. Щедро наделила природа наследника. И ума, и красоты, и силы досталось крестьянскому пареньку. До армии успел поработать учителем в Старобинском районе. На службу призвали в 1939-м, повестку вручали в Чашникском РВК.
Провожали Володю Агарка-Огарова на ратную службу мать с отцом, братишка Леонид и сестричка Люба. Самый маленький в семье — Николай — в то время ещё в колыбели лежал. Именно в 39-м он появился на свет. Тогда никто не знал, что старшего брата младший больше так и не увидит. На горизонте уже маячил призрак страшной войны, забравшей 30 миллионов жизней соотечественников…
Когда в Зялезьки пришло сообщение о том, что старшина Владимир Дмитриевич Огаров, радист лётного экипажа, не вернулся с боевого задания, Николаю уже исполнилось 5. Детская память на всю жизнь запечатлела атмосферу горестного ожидания в семье. Слёзы, рыдания женщин и сдержанные мужественные голоса отца и брата: “Не хороните заранее, Володя вернётся…” Маленькому мальчику так верилось, что скоро откроется дверь и на пороге отцовского дома появится лётчик-герой с боевыми наградами на груди…Самолёт, в котором вместе с боевыми товарищами находился Володя, был сбит над Тильзитом (Советск) в Восточной Пруссии. Сведений о судьбе лётчиков, оказавшихся на вражеской территории, не было. Госорганы не торопились выплачивать родителям пенсию на погибшего сына. И пока была неизвестность — жила надежда.
…Брат Леонид много писал в различные инстанции, в лётную часть, пытаясь узнать что-нибудь о Володе. Ему удалось. В победном 45-м, когда в Зялезьках встречали вернувшихся с войны героев, Агарки получили письмо. С ним надежда растаяла. Написанное мелким почерком на небольших кусочках бумаги послание сегодня хранится у единственного здравствующего члена семьи Агарков — Николая Дмитриевича, “наблюдавшего” за проводами Володи в армию из колыбели. Его автор — подполковник Владимир Робуль, командир экипажа, с которым наш земляк отправился в свой последний полёт.
… В ночь на 27.08.1944 г. мы полетели бомбить город Тильзит. В составе экипажа были я, штурман-капитан Бикмурзин, стрелок Хлуднев и радист Володя Огаров. Над целью нас атаковал истребитель и зажёг бензиновые баки. Я выпрыгнул на парашюте и обгоревший приземлился в огороде. Сутки я пробирался к линии фронта, а когда лёг в лесу отдохнуть, уснул и был пойман немцами. Затем меня принесли в немецкий лазарет г. Тильзита, перевязали. Вслед за мной внесли туда же ещё одного человека. Нога у него была сломана, а всё тело обгорело. Он сильно кричал, просил, чтобы его застрелили. Когда немцы ушли, я стал спрашивать, кто он и из какой части? Он назвал свою фамилию, звание и должность, я — свою… Володя Огаров (это был он) даже перестал стонать. Рассказал мне, как всё произошло.
Оказывается, радисту удалось из пулемёта поджечь истребитель, который зажёг их самолёт. Стрелок Хлуднев остался в машине, а Володя прыгнул с парашютом с высоты 400 метров. Он полз к реке, чтобы утонуть, но подоспевшие немцы не дали осуществить этот план.
Меня унесли в другое помещение, Володя остался на старом месте, потом его спящего принесли ко мне и положили рядом. Прошло минут 30- 40, вошёл немец и сделал Володе укол. Он спал, сильно стонал и глубоко дышал, но спустя примерно час дышать перестал. Я стал звать немцев. Пришли врачи, посмотрели, послушали и сказали: “Капут”. Я понял, что Володя умер, но не просто умер, его умертвили…
В письме также сообщалось, что Владимир Огаров успел совершить около 150 боевых вылетов, награждён медалями “За боевые заслуги”, “За оборону Сталинграда”, “За оборону Ленинграда”, был представлен к ордену Отечественной войны 1-й степени. Автор письма — подполковник Владимир Робуль — личность поистине легендарная. Обгоревший командир экипажа прошёл лазареты для военнопленных Тильзита, Гемерштейна, гестапо Бромберга, концлагерь, нашёл в себе силы дважды бежать из фашист-ского плена. Вторая попытка в январе 1945-го оказалась удачной, Робуль перешёл линию фронта, нашёл свою часть и вскоре вернулся в строй. Отважного лётчика представили к званию Героя Советского Союза, но прошлое военнопленного стало непреодолимой преградой для получения последнего. Тем не менее был награждён 2-мя орденами Ленина, тремя — Красного Знамени, орденами Красной Звезды и Отечественной войны. Много лет спустя рассказ Робуля вдохновил на написание книги “Сбит над Тильзитом” военного корреспондента Евгения Галайдина. Она была напечатана в журнале “Неман” в 1963-м. На её страницах младший брат Николай Агаров, получивший по документам такую фамилию вместо Агарок и проходивший в это время службу в составе ограниченного контингента войск в Германии, вновь встретится со старшим.
В доме Агарков хранились личные вещи Володи, которые, узнав о его гибели, товарищи прислали родителям. Была среди них фотография симпатичной девушки с подписью: “Владимиру от Любы” (13 июля 1942-го). У Николая было желание разыскать девушку. Но как-то эти планы постоянно вытеснялись другими. Юноша уехал из деревни к дяде в Свердловск, закончил техническое училище, затем институт, преподавал физику в школе и техникуме, не оставляя при этом серьёзные занятия спортом. Самое большое достижение легкоатлета Николая Дмитриевича Агарова — серебряная медаль в чемпионате России по многоборью. Сегодня, обосновавшись в белорусской столице, он продолжает обучать ребят искусству пулевой стрельбы в школе олимпийского резерва. До этого уроженец чашникской глубинки много лет прожил в Свердловской области, на Сахалине, совершенно не подозревая, что его ищет живущая неподалёку дочь погибшего брата…
В нынешнем январе Татьяна Викторовна Базыкина из Омска отметит своё семидесятилетие. Первый юбилей с тех пор, как ей удалось найти родственников отца, побывать в Беларуси и встретиться с ними. А поиски не были лёгкими и скорыми.
От мамы — Любови Фёдоровны Базыкиной — учительницы русского языка и литературы, Татьяна знала, что её отец — Владимир Дмитриевич Огаров не вернулся с боевого задания в августе 1944-го. Родители познакомились в Кержаче Владимирской области, где проживала мама и стояла лётная часть отца. Пожениться не успели. После получения печального известия о Владимире Люба надеялась и продолжала ждать. В январе 1945-го родила дочь. Когда сомнений, что любимый не вернётся, не осталось, вышла замуж за местного лесника. Муж удочерил девочку. Сама Люба прожила немного, умерла где-то в 60-х, успев рассказать подрастающей Тане то, что знала о её отце. Закончив школу, девочка подалась к тёте в Омск. В этом городе и прошла её сознательная жизнь: вышла замуж, стала матерью и бабушкой, получила образование, работала в банковской сфере. Все эти годы не переставала искать родственников отца. Интерпретации с фамилией сыграли плохую службу. Лишь с появлением ОБД-Мемориал удалось направить поиск в правильное русло. Вот такая история…

Ирина ТОРБИНА.