Страшнее только смерть…

Ветеран Великой Отечественной войны из деревушки Хоряково Григорий Васильевич Зеленуха рад, что встречает 70-летие освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков в родном доме, на лоне природы. Здесь ему дышится совсем по-иному.

— На зиму в Витебск к детям уезжал, горожанином уже стал себя чувствовать, — пошутил при встрече фронтовик. — Не мог дождаться, пока вновь в Хоряково вернусь. Тут и пчёлы мои, и грядки. Пока силы есть, нельзя без дела сидеть.

Можно только порадоваться за этого человека. На белом свете сельчанин прожил уже 96 лет. И до сих пор сохранил ясную память, не потерял жизнелюбия и чувства юмора. Здоровье хоть и подводит порой, но терпимо. Мы посетили ветерана накануне праздника, и он твёрдо был уверен, что примет участие в торжествах в райцентре. 9 мая и 3 июля — особенные даты в его жизни. Ведь проливал кровь когда-то ради будущего детей и внуков, чтобы не видели они войны никогда.

…Ещё в 1938-м был призван в армию. Тогда как раз делали первые наборы в Среднюю Азию. На восточных границах СССР не могли до конца побороть басмачей. Решили посылать туда парней из Беларуси, Украины, российских регионов. С Чашниччины в тот год отбыло на службу в те края немало призывников. Григорий Зеленуха попал в Самарканд. 12 дней везли в пыльных вагонах. Как приехал, глазам своим не поверил. Попал из белорусской осени да в пустыню.

Наш земляк окончил училище связи. Служил успешно. 22 июня 1941 года отправился в увольнительную.

— Хорошо помню, раздался голос из репродуктора, — словно возвращается в то время уроженец Хоряково. — Всем военнослужащим приказали вернуться в части. Потом сообщили, что страна переходит на военное положение. Стали готовить на фронт…

В октябре 41-го, когда немцы рвались к Москве, Григорий Зеленуха попал на Смоленщину. В самое пекло. Связист самоотверженно выполнял свои обязанности. Под пулями и миномётными обстрелами обеспечивал связью формирования. Но в один из дней попал в окружение. Сначала немцы наших солдат закольцевали, а потом пленили. Григорий оказался среди тысяч пленных. Правда,  сумел бежать. А потом недели в голоде и холоде пробирался домой. Переплывал Днепр поздней осенью, ночевал в скирдах соломы. Жуткое было время.

Он таки вернулся в родное Хоряково. Попал в поле зрения немцев. Вынужден был пойти на службу в полицию (при этом тайно сотрудничал с партизанами). Потом окончательно влился в ряды народных мстителей. В 44-м участвовал в прорыве вражеской блокады. Был тяжело ранен. Несколько месяцев лечился в госпитале. Выдержал массу проверок, порой унижающих человеческое достоинство. К бывшему пленному, да ещё и сотрудничавшему с немцами (пусть и с согласия партизан),  относились предвзято. Но он отстоял честное имя. Бывшего партизана направили в Каунас. Он  учился, повышал профессиональное мастерство. А затем готовил связистов для передовой. Победу встретил в Германии.

— Утром 9 мая прямо во время построения сообщили радостную весть,  — рассказывает фронтовик.  — Все плакали и смеялись одновременно. Такой день не забыть. Появилось ощущение, что война осталась в прошлом. Ура! Будем жить. Мы многое вынесли. И порой казалось, что страшнее может быть только смерть…